@uzbyuksalish

Telegram

@uzbyuksalish

ПОДПИСАТЬСЯ

Исследование ЮНИСЕФ, МОТ и Всемирного банка о системе социальной защиты в Узбекистане представлено общественности

 2020-08-11 18:07:00   |     Просмотров: 770

Реформа системы социальной защиты в Узбекистане на протяжении многих лет вызывает вопросы экспертов и общественности. В условиях пандемии коронавируса тема социальной защиты приобрела еще большую актуальность. В чем заключается роль социальной защиты? Каковы сильные и слабые стороны данной системы в Узбекистане? Возможно ли усовершенствовать ее с целью повышения уровня жизни населения и придания устойчивости к подобным потрясениям пандемии коронавируса? Ответы на некоторые из этих вопросов можно найти в исследовании Международной организации труда (МОТ), Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ) и Всемирного банка, представленного общественности совместно с общенациональным движением «Юксалиш».


Исследование «Оценка системы социальной защиты в Узбекистане» опубликовано для получения отзывов широкой общественности, в особенности, малообеспеченных семей, получателей социальных пособий, людей с инвалидностью, пожилых людей, молодежи, граждан, трудоустроенных неформально, и безработных. Каждый может ознакомиться с результатами исследования (https://jamoatchilik.uz/project/ru/) и оставить свой комментарий, посетив соответствующую страницу названной платформы.
«Данное исследование представляет детализированный анализ национальной системы социальной защиты. Более того, в документе приведены работающие рекомендации, которые также будут полезны для программ ответных действий против пандемии коронавируса, реализуемых правительством. Сегодня нам, как никогда, нужно поддерживать диалог с населением в сфере социальной защиты в Узбекистане», — отметил Бобур Бекмуродов, председатель Общенационального движения «Юксалиш»


Исследование содержит описание ключевых программ социальной защиты в Узбекистане и оценку их эффективности. Оно определяет основные сильные и слабые стороны системы и предлагает ряд выводов и рекомендаций по ее совершенствованию.
Анализ показал, что в 2018 году получателями социальной защиты стали около 55% населения страны. Их общее число сократилось с 8,1 млн человек в 2012 году до 6,4 млн в 2017 году. Наибольшее уменьшение было зафиксировано среди получателей пособий по безработице и детских пособий для малообеспеченных семей.


«Один из основных выводов исследования — система социальной защиты нуждается в едином органе, который мог бы осуществлять руководство и координацию деятельности в данной области, а также разработку и реализацию соответствующей национальной стратегии. В свою очередь, в краткосрочной перспективе, данная стратегия должна содействовать устранению значимых недостатков в системе социальной защиты для детей и их семей, людей с инвалидностью и пожилых людей. Она бы также обеспечила комплексный подход к социальному обеспечению, социальной помощи, социальным услугам и активным программам содействия рынку труда, приводя к более эффективному распределению ресурсов и защите населения, в особенности наиболее уязвимых слоев», — подчеркнула Юлия Олейник, руководитель отдела социальной политики в представительстве ЮНИСЕФ в Узбекистане.


Более того, около 55 % занятого населения находится в неформальном секторе и, следовательно, не охвачено программами социального страхования Данная категория лиц наряду с малообеспеченными семьями, людьми с инвалидностью и пожилыми попадает в зону повышенного риска в условиях пандемии коронавируса. 


«В исследовании отмечается, что 44% населения Узбекистана пользуются программами социального страхования. Это свидетельствует о важности механизмов подобного рода для обеспечения адекватных периодических выплат, оказывающих существенное влияние на сокращение масштабов бедности даже в тех случаях, когда бюджетное финансирование программ социальной помощи сокращается. Надлежащим образом финансируемая и тщательно разработанная система социальной защиты, которая также удовлетворяет нужды работников неформального сектора экономики, способствует повышению устойчивости отдельных лиц, домохозяйств, и экономики в целом к последствиям для здоровья, социальным, экономическим и климатическим потрясениям»,— отметила Ясмина Папа, специалист по социальной защите Группы технической поддержки по вопросам достойного труда и Бюро МОТ для стран Восточной Европы и Центральной Азии. 


По расчетам Всемирного банка, около полумиллиона человек в Узбекистане, вероятно, окажутся за чертой бедности в результате пандемии COVID-19. Существует более высокий риск дальнейшего ухудшения ситуации в случае продления чрезвычайной ситуации. Поэтому, более чем когда-либо, необходима всесторонняя и оперативная система социальной защиты для обеспечения интересов нуждающихся по всей стране. В исследовании указаны основные недостатки в охвате населения такого рода программами. Так, почти половина граждан и треть всех бедных в стране все еще не включены ни в одну из схем социальной защиты.


«Последствия пандемии коронавируса по всей стране и недавних стихийных бедствий, негативно повлиявшие на благополучие тысяч жителей Бухарской и Сырдарьинской областей, продемонстрировали безотлагательную необходимость в повышении экономической устойчивости населения за счет расширения числа получателей социальной помощи. Прежде всего, это касается домохозяйств, живущих за чертой бедности и близких к бедности, которые наиболее всего пострадали от последствий названых кризисов. Мы надеемся, что выводы исследования будут полезны для наших узбекских партнеров в свете принимаемых мер по дальнейшему реформированию национальной системы социальной защиты. Всемирный банк, ЮНИСЕФ и МОТ готовы оказать дальнейшее содействие правительству Узбекистана в разработке эффективных, оперативных, устойчивых и всесторонних программ социальной защиты различных групп, нуждающихся в поддержке», — отметила Маддалена Гонорати, старший экономист Всемирного банка. 


Все отзывы граждан, собранные во время публичного обсуждения исследования, будут проанализированы и представлены заинтересованным министерствам, ведомствам и международным организациям во время запланированного «круглого стола».